Павел Сигал: "С нынешней ставкой бизнесу будет сложно избежать просрочки"

22 Января 2015

Первый вице-президент «ОПОРЫ РОССИИ» Павел Сигал — о политике ЦБ в отношении ключевой ставки в беседе с Известиями

"Центробанк повысил ключевую ставку в ночь на 16 декабря 2014 года не для того, чтобы сдержать инфляцию, как заявляет, а для того, чтобы сдержать играющих на понижение рубля".

Этими игроками выступили главным образом банки, которые занимают у ЦБ в рублях, покупают валюту, а при скачках курса продают ее с прибылью  на рынке, затем снова покупают в определенный момент и т.д. Думаю, когда ЦБ 15 декабря вечером оценил объем заявок от банков на покупку валюты, ему ничего не оставалось, как резко повысить ставку.

Заявок было слишком много и на весьма значительный объем; при ставке же 17% годовых многие банки отказались от покупки валюты, учитывая, что до кризиса стоимость таких заимствований составляла для них в районе 10%. 

Однако очевидно, что главным образом ослабление национальной валюты связано с падением цены на нефть. Вчера, например, нефть марки Brent торговалась ниже $49 за баррель. С начала лета 2014 года нефтяные котировки упали уже более чем вдвое. И повышение ключевой ставки зафиксировало рубль лишь на короткое время, после праздников курсы доллара и евро снова пошли вверх.

То есть надолго удержать рубль регулятору не удалось. При этом стоимость кредитных ресурсов для малого и среднего бизнеса (МСБ) из-за повышения ключевой ставки и дефицита пассивов увеличилась с 12–16% годовых до 25–34%. Очень сильно пострадали импортеры (из-за падения рубля тратят на закупку товаров вдвое больше), все отрасли, где комплектующие и услуги оплачиваются в валюте. В результате они были вынуждены поднять цены для потребителей в некоторых случаях на 30–40% при официально декларируемых властями показателях инфляции 5–12%. Пострадали также компании, задействованные в производстве: у них маленькая маржа (3–7%), а заемные средства выросли куда более значительно. 

Меньше всего действия ЦБ сказались, например, на металлургах: они получают выручку в валюте, в текущей ситуации это означает рост рублевых доходов.  

Каковы итоги? Инфляция растет, зарплаты остаются на предкризисном уровне, что влечет за собой снижение покупательной способности населения. Бизнес, закупающий импортное оборудование, несет издержки или не может проводить закупки в принципе — не на что. И даже взяв кредит в банке под 30%, предприятие МСБ рискует не справиться с расходами. Правительство выделило банкам 1 трлн рублей на поддержку реального сектора экономики, но эти средства получили только крупные банки — с капиталом от 30 млрд рублей. Таких не более 25, и в число их клиентов МСБ по большому счету не входит. В отсутствии средств часть предприятий МСБ закроется, другая переведет бизнес в «серую» зону — перестанет платить налоги, показывать выручку. И сохранение ставки в 17% — это откат в 1990-е, в общем.

Чтобы этого избежать, ЦБ должен снизить ключевую ставку до 12% годовых. Понятно, что удешевление кредитов МСБ на 5 п.п. недостаточно, но сейчас это лучше, чем ничего. Компании МСБ говорят, что готовы занимать у банков максимум под 20–25 % годовых, всё, что выше, — непосильная нагрузка для них. И чем быстрее ЦБ отреагирует на сигналы бизнеса, тем лучше. Но нужно понимать, что если цены на нефть будут ниже $48–55 за баррель, послаблений от Банка России ждать не стоит.

Поэтому предприятиям МСБ в текущих условиях нужно спасать свой бизнес: за счет сокращения издержек, закупки более дешевого сырья и комплектующих, увольнения персонала. 

К сожалению, можно ожидать волны банкротств предприятий МСБ, которым всё сложнее будет избежать вероятности выхода на просрочку при действующих кредитных ставках.

Мой совет предприятиям МСБ в условиях кризиса — максимально пытаться удержать и даже развивать свой бизнес, не вкладываться в валюту, не пытаться угнаться за курсами — с этим не угадаешь — и пока не открывать новых бизнесов, упорно работать. 

Хочется верить, что МСБ справится с текущим кризисом. Очевидно, что его будет сложнее пережить, чем прошлые потрясения 2008–2010 года: тогда цены на нефть после падения быстро скорректировались, в итоге за это время с рынка ушло не более 5–10 % компаний. В этот кризис их будет однозначно больше.

Оставить комментарий
Другие новости

«Москва – плохой пример». Дмитрий Котровский – о том, почему реновация в регионах будет сложнее столичной

В сентябре группа сенаторов и депутат Госдумы Евгений Москвичев внесли законопроект, который предусматривает создание единого механизма комплексного развития жилья. Если проще, то – реновации аварийного жилья. Регионы, в которых жилищная проблема, конечно, стоит остро, задались главным вопросом: где взять деньги на этот проект? Получится ли провести реновацию по всей стране, в эксклюзивном интервью для «ФедералПресс» рассказал общественный омбудсмен по защите прав предпринимателей в строительстве, председатель Комитета «ОПОРЫ РОССИИ» по строительству Дмитрий Котровский.

2 Ноября 2020

Александр Калинин: «Из-за пандемии малый бизнес уйдет в минус на триллион рублей»

По итогам 2020 года ущерб малых и средних предприятий составит не менее 1 трлн рублей, и основной удар примут на себя сферы услуг, торговли и общепита. Таким прогнозом в интервью «Известиям» поделился Президент бизнес-объединения «ОПОРА РОССИИ» Александр Калинин. Кроме того, он рассказал, какие регионы сопротивлялись введению самозанятости, чем новая вспышка пандемии отличается от весенней с экономической точки зрения и каким отраслям могут снизить НДС до 10%.

21 Октября 2020

Елена Волотовская: «Пандемия помогла сделать еще один шаг навстречу аутсорсингу»

Кризис пандемии всё больше заставляет руководителей компаний задуматься о том, как минимизировать риски. В интервью сайту Opora.ru член Президиума Правления «ОПОРЫ РОССИИ», глава Комиссии «ОПОРЫ РОССИИ» по аутсорсингу бизнес-процессов, руководитель фонда Softline Venture Partners Елена Волотовская рассказала о том, как правильно выбрать сторонних специалистов для выполнения текущих задач и получить желаемый результат от совместной работы.

21 Октября 2020